10.11.2025
Условный предел текучести в сплаве на основе TiNi, проявляющего эффекты памяти формы и сверхэластичности, после старения
Сотрудниками лаборатории физического материаловедения сталей и сплавов ИФПМ СО РАН методом кручения определён «реальный» (условный) предел дислокационной текучести сплава на основе TiNi до и после отжига.
Установлено, что предел дислокационной текучести (τ0,3) образцов сплава Ti49,3Ni50,7 (ат.%) в состоянии поставки от производителя (исходное состояние) при деформации методом кручения равен 460±30 МПа. При этом τ0,3 находится на зависимости τ-γ в конце площадки псевдотекучести при общей заданной образцам деформации γt=10,0 %. После отжига образцов при 673 K (1 час) предел дислокационной текучести при деформации образцов методом кручения достиг τ0,3=800±10 МПа. При этом τ0,3 находится на зависимости τ-γ на стадии деформационного упрочнения при общей заданной образцам деформации γt=14,05 %, но не в конце этой стадии, как часто определяют τ0,3 или σ0,2. Такое значительное повышение τ0,3 после старения образцов по сравнению с τ0,3 образцов в исходном состоянии обусловлено их упрочнением вследствие выделения частиц Ti3Ni4. Показано, что в упрочнённых сплавах на основе никелида титана условный предел дислокационной текучести может находиться вблизи завершения стадии деформационного упрочнения. Другими словами - разница между «реальным» (условным) пределом текучести и пределом текучести, который в сплавах на основе TiNi часто связывают с завершением стадии деформационного упрочнения, будет тем меньше, чем более упрочнённым будет сплав. Очевидно, что это заключение может относиться и к другим сплавам, которые проявляют термоупругие мартенситные превращения, и, следовательно, эффекты памяти формы и сверхэластичности.
Работа выполнена в рамках государственного задания ИФПМ СО РАН, тема номер FWRW-2021-0004.
Результаты исследования опубликованы в журнале Shape Memory and Superelasticity (Q2 по данным SJR): Lotkov A.I., Zhapova D.Yu., Gusarenko A.A., Grishkov V.N., Girsova N.V., Mironov Yu.P., and Krukovskii K.V. Yield stress in the shape memory and superelastic Ti49.3Ni50.7 alloy after aging at 673 K // Shape memory and Superelasticity. – 2025. https://doi.org/10.1007/s40830-025-00587-0
Установлено, что предел дислокационной текучести (τ0,3) образцов сплава Ti49,3Ni50,7 (ат.%) в состоянии поставки от производителя (исходное состояние) при деформации методом кручения равен 460±30 МПа. При этом τ0,3 находится на зависимости τ-γ в конце площадки псевдотекучести при общей заданной образцам деформации γt=10,0 %. После отжига образцов при 673 K (1 час) предел дислокационной текучести при деформации образцов методом кручения достиг τ0,3=800±10 МПа. При этом τ0,3 находится на зависимости τ-γ на стадии деформационного упрочнения при общей заданной образцам деформации γt=14,05 %, но не в конце этой стадии, как часто определяют τ0,3 или σ0,2. Такое значительное повышение τ0,3 после старения образцов по сравнению с τ0,3 образцов в исходном состоянии обусловлено их упрочнением вследствие выделения частиц Ti3Ni4. Показано, что в упрочнённых сплавах на основе никелида титана условный предел дислокационной текучести может находиться вблизи завершения стадии деформационного упрочнения. Другими словами - разница между «реальным» (условным) пределом текучести и пределом текучести, который в сплавах на основе TiNi часто связывают с завершением стадии деформационного упрочнения, будет тем меньше, чем более упрочнённым будет сплав. Очевидно, что это заключение может относиться и к другим сплавам, которые проявляют термоупругие мартенситные превращения, и, следовательно, эффекты памяти формы и сверхэластичности.
Работа выполнена в рамках государственного задания ИФПМ СО РАН, тема номер FWRW-2021-0004.
Результаты исследования опубликованы в журнале Shape Memory and Superelasticity (Q2 по данным SJR): Lotkov A.I., Zhapova D.Yu., Gusarenko A.A., Grishkov V.N., Girsova N.V., Mironov Yu.P., and Krukovskii K.V. Yield stress in the shape memory and superelastic Ti49.3Ni50.7 alloy after aging at 673 K // Shape memory and Superelasticity. – 2025. https://doi.org/10.1007/s40830-025-00587-0